Помню - значит живу

(светлой памяти Владимира Бесфамильнова)

Время прощаться, не стоит грустить.
Прошлого нам всё равно не вернуть.
Верных попутчиков сложно найти -
Так же, как просто себя обмануть.
Андрей Бонди

Стихотворением петербургского поэта Андрея Бонди завершался материал памяти Владимира Бесфамильнова “Девять дней… плюс вся предыдущая жизнь”. И вновь слова поэта, точно отражающие печальное событие, взяты в качестве эпиграфа, тем самым перенося параболу памяти к важнейшим дням поминовения в православии - Третий, Девятый и Сороковой.

В многочисленных откликах на некролог высказаны идущие от сердца слова на помин доброй души светлого человека, каким останется в нашей памяти Владимир Бесфамильнов, которого несколько десятилетий гастрольной жизни многие поклонники его таланта запросто называли Володя. Настолько он был простым, доступным земным человеком. Об этом мне довелось рассказывать читателям в книге, посвященной пяти поколениям баянной династии Бесфамильновых.

Увы, легендарная династия прекратила свой земной путь по неписанным законам бытия: всё земное, всё сущее имеет своё начало и конец. Как ни горько сознавать, что ушел последний и самый известный представитель баянной династии Бесфамильновых, лично я до сих пор не могу поверить в это. На баянном небосклоне погасла очередная яркая звезда, о бессмертии которой можно судить потому, что в космических далях созвездия Лира горит его именная звезда “Владимир Бесфамильнов”.

Подстать настроению и тональности материала, посвященного сороковому дню памяти моего друга, процитирую стихотворение, найденное, (к сожалению, без указания авторства!) в бескрайних просторах мировой сети интернета, но точно бьющего в цель:

Уж сорок дней, как ты не с нами,
Уж сорок дней, как тебя нет,
Едва ли высказать словами,
Что боль пронзает, как стилет,
Что ноет сердце ежедневно,
Что без тебя вся жизнь - тоска,
Что все мечты ушли мгновенно,
Что не легчает нам пока…


Мы все собрались здесь сегодня
Свершить помин на сорок дней,
Над нами воля лишь Господня,
Не покориться трудно ей.

Твоя душа пред ним предстанет,
Свой совершив наверх полет,
И лик он свой тебе проявит,
И в рай за руку поведет…


Прощай навек, родное сердце,
Нас за обиды не суди,
И безмятежно к тайной дверце
От нас сейчас наверх лети…

В упоминаемом выше материале “Девять дней… плюс вся предыдущая жизнь” помещены “Воспоминания В. Бесфамильнова”, записанные Оксаной Павловской, к которой я обратился с просьбой поделиться её собственными воспоминаниями о встречах с Бесфамильновым, о последних днях, проведенных рядом с ним. Свои воспоминания она озаглавила

Минуты радости

(Мои встречи с Владимиром Бесфамильновым)

Мои воспоминания о Владимире  Владимировиче Бесфамильнове скромная дань памяти о выдающемся Музыканте и удивительном Человеке, каким он был и навсегда остался  в моем сердце…

Владимир Бесфамильнов – безоговорочный авторитет в современном музыкальном мире. Многие из нас начинали свой путь музыканта, вдохновившись его творчеством. А те, кому посчастливилось учится у самого Маэстро, говорят о своем учителе с нескрываемой гордостью!

Наши встречи (всего за каких-то полгода!) оказались невероятно важной вехой в моей жизни, по которой В.В. Бесфамильнов пронёсся стремительной и яркой кометой, от величины которой перехватывает дух. Видимо, не ошибусь, если скажу, что своим огромнейшим талантом и добротой он оставил неизгладимый след не только в моей душе, но и в душах многих людей, имевших счастье знать его. Увы, понимание это в полной мере пришло лишь с его уходом из жизни.

Листая в памяти странички наших незабываемых  встреч, предстоит еще и осознать, что человек, воспоминаниями о котором я делюсь, принадлежит целой эпохе становления и развития исполнительства на баяне. Собственно, Бесфамильнов и сам был эпохой, о чем написал в некрологе его биограф Ю. Г. Ястребов.

Начало

Когда меня спросили однажды, как давно длится наше знакомство с Бесфамильновым, - ответила не задумываясь: «Я его знаю очень давно, а он меня – совсем недавно».

Впервые я узнала о нем в музыкальной школе от своего учителя Тимановского Владимира Максимовича. Однажды, придя на урок чуть раньше, я услышала музыку, доносившуюся из проигрывателя. Помню огромное сожаление, когда проигрыватель выключили. Но услышанного хватило, чтобы разбудить во мне новые, взволновавшие меня тогда образы, связанные с  именем баяниста Владимира Бесфамильнова. Его музыка, точнее, его записи на пластинке, захватили меня целиком и безвозвратно! Вряд ли я могла предположить, что через много лет это имя станет мне по-настоящему дорогим.

Так случилось, что наш родственник М.Г. Косарев, был большим любителем баяна, немного играл и, проживая в Киеве неподалеку от дома Бесфамильновых, иногда обращался к нему за помощью. Впоследствии его старенький «Вельтмейстер» попал ко мне. Если бы я знала, чьи руки его касались! Странные люди эти взрослые!… Бывая в гостях у дяди, я и не догадывалась, что тем же переулком каждый день ходит Владимир Бесфамильнов, чье исполнение так взволновало меня. Позже, узнав эту историю и услышав много хороших слов в адрес моего кумира, я досадовала, что мне не пришлось встретится с этим интересным человеком и музыкантом. Увы, всему свое время! Как ни странно, но судьба все же решила пересечь наши пути, но уже много позже.

Появление в интернете фильма «Думка» не могло не вызвать мой интерес. В одном из фрагментов фильма шла речь о книге Ю.Г. Ястребова «Владимир Бесфамильнов». Ну, конечно же, я ее прочла, как говорится, на одном дыхании! И сейчас, пользуясь случаем, приношу мою огромную благодарность автору, за его книгу и за его титанический труд, посвященный пяти поколениям баянной династии Бесфамильновых. Передо мной предстал великий Музыкант и чудесный общительный Человек таким, как он есть: простой, доступный, без нимба над головой. Эти впечатления от книги подтвердились и в личных встречах с баянной легендой.

В марте 2016 года, будучи в Ростове-на-Дону как зритель на фестивале-конкурсе «Аккордеон Плюс», довелось познакомиться с Анатолием  Морозовым, автором фильма «Думка», посвященного многогранному творчеству Владимира Бесфамильнова. Словом, все ниточки так или иначе вели к знаковой для меня встрече.

О том, что очень хотела познакомиться с человеком-легендой, – не сказать почти ничего. Лично с Владимиром Владимировичем мы встретились только 23 января 2017 года после академконцерта в консерватории, куда я, наконец, набралась смелости прийти. И вот он Маэстро, покоряющий своей искренностью и теплотой: внимательный взгляд, простота, внутренняя интеллигентность – это то, что мгновенно подкупает в Бесфамильнове. Ощущение, что мы знакомы давно,  не покидало меня с первой же минуты. В общении с ним с самого начала я не почувствовала  ни превосходства, ни покровительственного тона Мэтра. И тем более странно совершенно не ощущалась разница в возрасте, как будто со мной говорил ровесник, без малой  доли фамильярности.

Уроки Музыки – уроки жизни

Оксана Павловская

Бесконечно благодарна за то, что Бесфамильнов позволил приходить на его занятия. Не покидала мысль: какая жалость, что не довелось быть его студенткой и учиться у него, но я, присутствуя сейчас на уроках и как бы наверстывая прошлое, жадно впитывала все, чем он щедро делился со своими студентами. Понедельники и пятницы стали моими любимыми днями. В понедельник я ждала пятницу, а в пятницу – понедельника, и до половины дня могла присутствовать на занятиях. Мне было позволено наблюдать таинство, происходящее между Учеником и Учителем, (и каким Учителем!). Весь процесс от самой черновой работы с текстом до исполнения на сцене проходил перед моими глазами. При этом уважаемый профессор всегда помнил о своем, свалившемся, как снег на голову, зрителе, оборачивался и пояснял важные моменты, обращая внимание и студентов, и моё на то, что именно хотел донести до нас.

Меня несказанно удивляла легкость, с которой им безошибочно определялась самая суть того, как именно должно звучать произведение или отдельно взятый эпизод, почему в данный момент не звучит и что нужно сделать, чтобы зазвучало. Он неустанно призывал своих подопечных к тому, чтобы сначала осмыслить, понять, что ты хочешь сказать своим исполнением и какими художественными средствами это сделать, а только затем переносить это на инструмент. Такой обширный и богатый открытиями мастер-класс я вряд ли получу где-нибудь еще!

На уроках, которые довелось посетить, он никогда не раздражался, даже если приходилось повторить дважды и трижды, и столько же на следующих занятиях. Если у старательного студента что-то не получалось, можно было услышать: «Хорошо, но можно лучше!». Даже если он сердился на нерадивость студентов, всегда разговаривал, не повышая голоса. О том, что он  сердится, иногда можно было только понять по холодку в его глазах и по интонации сказанного - того, что мы называем “между строк”. Он не понимал и не принимал ничего другого, кроме преданности, искреннего отношения к ее величеству Музыке, не прощал он и хамского наплевательского отношения к чему бы то ни было, будь то Музыка или что-то иное. Конечно, он мог высказаться и пожестче, но в присутствии студентов никогда себе этого не позволял.

Часто и с особой теплотой Бесфамильнов вспоминал о своих выдающихся учениках, которых знает баянный и аккордеонный мир. Вот лишь некоторые, одни из самых известных: Владимир Зубицкий, Татьяна Лукич, Фредерик Геруэ, Александр Хрустевич. Пусть простят меня те, кого я не назвала, к сожалению, далеко не всех я запомнила из наших бесед. Но я убеждена в том, что для многих из них он был не только учителем, но и другом. Так, совершенно незаметно, Владимир Владимирович стал добрым другом и для меня, за что не устану благодарить судьбу, преподнесшую мне такой щедрый подарок.

Эхо  бесед

В наших беседах он делился своими воспоминаниями о своей такой нелегкой и в то же время интересной и насыщенной событиями жизни, о творчестве, замешанном на муках и радостях. И, конечно же, рассказывал анекдоты, которых знал великое множество! Откуда он их брал – одному Богу известно, но без них портрет Бесфамильнова был бы неполным. В нем бурлило столько желания жить, творить, любить, передавать свои знания и опыт, что невольно передавалось всем, кому довелось общаться с этим удивительно доступным и земным человеком! Он был сама жизнь! А почему был? Таким он наверняка остается и останется в сердцах и памяти многих.

Кое-что я записывала по памяти, приходя домой после очередной встречи. Вот одно из его откровений:

В.Б.: За свою жизнь я пропустил через себя столько музыки, что знания мои о ней рождены из опыта. Знаете, я сейчас иногда слушаю свои записи и искренне удивляюсь, неужели это я так играл? Даже самому не верится…

Будучи настоящим профессионалом, музыкантом огромного масштаба, Бесфамильнов не растерял свойственной ему человеческой чуткости. Ярким тому примером служит еще одна запись:

В трудное время, где-то в начале девяностых годов я шел через подземный переход (кажется, на Крещатике) и увидел там бывшего выпускника нашей кафедры, талантливейшего музыканта, который пытался заработать, играя для прохожих. Как он играл! Я стоял за колонной и слушал. Сольные концерты в переходах тогда еще были в диковинку, когда настоящий талант вынужден прозябать, зарабатывая себе на хлеб насущный. Чтобы не смущать бывшего студента своим появлением, я вернулся и обошел другим путем.

Отличительные качества Бесфамильнова – простота и скромность. Человек, стоящий по своему исполнительскому и педагогическому уровню и багажу на невероятной высоте, кумир целой эпохи баянистов, никогда не давал повода почувствовать собеседнику эту громадную разницу, при этом оставаясь невероятно скромным. Вот как рассказывал он о своей работе над «Русской фантазией» В.Я. Подгорного:

«Русская фантазия» Подгорного очень глубокое произведение, насквозь пронизанное симфонизмом. Вещь сложная, самым трудным в ней было сыграть все от первой до последней ноты так, чтобы все прозвучало как одно целое неразрывное большое полотно. Я не хочу себя хвалить и говорю об этом не потому, что я какой-то сверхвыдающийся…  но мне кажется, что мне это удалось.

Бесфамильнов никогда не говорил и просто не мог сказать неправду. Всегда отдавал должное достоинствам человека и не обманывал, если что-то не так. Мог промолчать, но не обмануть. Его тактичность  позволяла ему говорить правду, не обижая никого. Единственное, к чему он был крайне нетерпим – это неискренность, ложь, хамство. Он чувствовал людей так же, как чувствовал музыку, будто читал их и затем выбирал для себя стиль общения с человеком.

Есть настолько сокровенные  вещи, о которых я, чувствуя огромную степень его доверия, никогда не напишу и не расскажу по той причине, что Владимир Владимирович поделился ими не для всеобщего оглашения. Скажу только, что он умел прощать очень многое.

Однажды во время нашей беседы по скайпу он, взяв ноутбук в руки, направился в другую комнату. Разумеется, и я отправилась вместе с ним, с интересом рассматривая по пути все, что попадало в обзор камеры. Наконец, мы «прибыли к месту назначения» и я увидела стену – своего рода иконостас с наградами. Вот грамота маленького Володи Бесфамильнова с надписью: «…за отличное исполнение произведений русских композиторов награжден грамотой и гармошкой, Саратов, 1940 год…». Камера показывает какой-то документ с диковинными закорючками вместо букв – из Бирмы. А вот и гордость хозяина квартиры – диплом конкурса “Кубок Мира” (Брюссель, 1958 год). Тут же свидетельство о присвоении звания Народного артиста УССР и еще много других. И, наконец, последнее: сертификат, подписанный летчиком-космонавтом Германом Титовым, о присвоении имени Владимира Бесфамильнова одной из звезд, расположенных в созвездии Лира.

Меня поразило его позитивное отношение ко всему новому. Обычно люди преклонного возраста осторожно, даже нетерпимо относятся к новым веяниям. В противовес этому факту Бесфамильнов подружился с компьютером, научился пользоваться электронной почтой, интернетом, скайпом и смартфоном, который ему подарила дочь Татьяна. Он с гордостью говорил, что научился даже фотографировать им.

То же самое и в музыке. Он всегда прислушивался к современным композиторам, к их новым произведениям, где есть мысль, тональность, мелодия, где есть душа. Многие из этих произведений  стали известны благодаря Бесфамильнову, как первому “премьерному” исполнителю.

Вот еще один “след” от наших бесед, оставленный в моей записной книжке. Эта запись звучит как наставление, благословение и откровение:

Сказать плохо о творчестве композитора легче всего. Если вдруг музыка вам непонятна, это не обязательно  значит, что она плохая. Это может означать, что вы не разобрались в ней, а может быть она чужда лично вам, но может быть гениально исполнена другим музыкантом.  Не торопитесь делать поспешные выводы о том, чего вы не поняли. Время расставит все на свои места и оставит то, что действительно хорошо.

Словно продолжая начатую мысль о композиторах, Бесфамильнов однажды коснулся дорогого ему имени:

Композиторы порой странные люди… Костя Мясков как ребенок радовался тому, что играют его произведение на сцене, иногда даже несмотря на отвратительное исполнение. Может быть, он хотел, чтобы его произведения звучали чаще или еще что-то… Но незадолго до смерти он сказал мне: «Знаешь, Володя, а лучше тебя моих произведений не играл никто…».

Кстати, свою «Колыбельную» он посвятил рождению моей дочери Тани. Он так и написал: «Танюшке от Костюшки». У них с женой не было детей, Костя очень тяжело переживал эту трагедию. Вы услышите это в колыбельной, она чудесная!

***

Однажды я выступал в Ленинграде. Последним номером в моей программе был заявлен «Чардаш» Монти в транскрипции Яшкевича. Когда конферансье объявил произведение, в зале послышались перешептывания и тихий гул - «истинные ценители» не понимали, как в серьезном концертном зале, где играют классику, вдруг будет звучать какой-то салонный чардаш. Я ожидал примерно такой реакции и подумал: «Ну сейчас я вам покажу чардаш! Несерьезная музыка, видите ли!» Я играл так, чтобы все они поняли, что это произведение достойно лучших залов! Когда я кончил играть, аплодисменты долго не утихали, но я не стал играть «на бис», хотел, чтобы у зрителей остался в памяти именно этот Чардаш и это исполнение.

Кроме  записей самого Бесфамильнова, у меня есть еще один чудесный подарок от  него,– комплект из четырех дисков с записями транскрипций И. А. Яшкевича в исполнении замечательных музыкантов баянистов-аккордеонистов из разных стран.  К записям прилагается буклет, где написано об А.И.Яшкевиче. Это уникальное издание было осуществлено без спонсорской помощи на свои личные сбережения как дань памяти потрясающему музыканту и другу. Кстати, они и захоронены рядом, совсем недалеко друг от друга на Байковом кладбище в Киеве. Так что, все, кто приходит к Яшкевичу, оказывается рядом с могилой Бесфамильнова. И наоборот.

О сокровенном

Среди многочисленных коллег по профессиональному цеху Владимир Владимирович с особенным уважением и почтением (и неоднократно!) выделял исполнительское искусство Юрия Шишкина:

В.Б.: Когда я работал над произведением (неважно, была ли это работа на сцене или вне ее), я старался рисовать образ, найти краски и средства для передачи задуманного. Это очень важно! В этом плане образного мышления и образной игры среди современных исполнителей я бы выделил Юрия Шишкина. Он – настоящий Мастер! Делает изумительные транскрипции, очень глубоко проникает в суть произведения. Ему великолепно удается ярко и верно передавать образы и чувства. Лучше его для меня в современном баянном исполнительстве пока нет никого!

О своей «Апассионате» и мастере, создавшим этот уникальный инструмент, Василии Артёмовиче Колчине, Бесфамильнов всегда говорил с трепетом и теплотой в голосе:

Мне посчастливилось играть на прекрасном инструменте «Апассионата», созданным мастером В.А.Колчиным. Он корпел над каждой деталью, каждым винтиком. За счет использования титана и дюралюминия «Апассионата» была намного легче обычного «Юпитера». Кроме того, конструктор сделал его пятиголосным, что само по себе уникально. Струя воздуха в этом баяне направлялась к каждому голосу персонально. Переключатель на выборную систему находился на левой сетке, что значительно облегчало мне как исполнителю переключение выборный / готовый, а дополнительные ряды правой клавиатуры были независимы от основных. Колчин так любил свое дело и свое детище, что старался сделать его совершенным. Он говорил: «Один мастер делает – одна проблема, много мастеров делают – много проблем!» На московской фабрике пробовали сделать выпуск «Апассионаты» - не получилось.

Я всегда возил с собой набор инструментов, чтобы в случае какой-то неисправности можно было все подправить.  Однажды на гастролях все-таки случилась поломка, с которой мог легко совладать мастер со своими навыками и специальным инструментом  А для меня это было сложно. Я провозился с этой поломкой очень долго, и наконец смог все-таки восстановить рабочее состояние. Гастроли нельзя было срывать. Потом играл концерт,  а у самого дрожали руки, - так я волновался, переживая, чтобы поломка не повторилась вновь.

К сожалению, после того, как я перерезал сухожилие на левой руке, играть я перестал, инструмент пришлось продать.

О земном и вечном

Надо сказать, что сразу же после нашего знакомства в мой электронный почтовый ящик стали приходить ноты. А затем и записи, по одной-две в день. Бесфамильнов делился не только своими записями, но и записями других исполнителей, учеников своего класса, а также класса И.А. Яшкевича. Прослушивания записей подкреплялись в телефонных беседах обсуждением исполнения, достоинствами и недочетами интерпретации. Я делилась своими впечатлениями от услышанного, а мой собеседник, в свою очередь, рассказывал о том, что он вкладывал в исполнение. Радостно было осознавать, что образы, возникающие у нас, оказывались схожими и понятными друг другу, что его интерпретация была близка и доступна для восприятия другими, что он сумел донести самое главное. В конечном счете, это то, ради чего так он кропотливо трудился всю жизнь.

Те, кому довелось слушать и слышать Бесфамильнова, знают: он вносил в свои интерпретации столько глубоко личного, что его вполне можно было бы назвать полноценным соавтором музыки, которую исполнял. А для меня огромной ценностью были воспоминания, сопровождавшие эти беседы о творчестве, как таковом, о композиторах и, конечно же, о жизни.

Однажды вечером, набрав мой номер телефона, он сказал: «Оксанушка, я очень нехорошо себя чувствую. Я хочу, чтобы у вас были все мои записи, постараюсь вам выслать все, если смогу».  Не смотря на то,  что я убедительно и настойчиво просила его отдыхать и не утруждать себя, он в тот же день переслал огромный остаток записей. Когда-то он написал своему другу Ю. Ястребову насчет очередной посылки: “Высылаю тебе самое дорогое, что есть в моей жизни письма…”. Вот и я могу сказать, что записи Владимира Бесфамильнова это самая дорогая память у меня о нем.

С конца февраля начались больничные будни. Владимир Владимирович со свойственной ему щепетильностью просил не приходить к нему. Не смотря на это, я все равно навещала его, так как хорошо представляла, каково находиться там в четырех стенах больничной палаты. На его запреты я обычно отвечала: «Хорошо, не приду!» – и … все равно приходила. В свой первый визит о своем приходе сообщила ему, уже будучи на территории больницы: «Хотите – ругайте, хотите – разверните меня домой, а лучше скажите, какая у вас палата!».

Он всегда говорил, что не привык, чтобы его видели таким разбитым, но все равно радовался, когда к нему приходили. На что я просто ему отвечала, что в костюме и в бабочке увижу его на любой фотографии в интернете. А вот Владимир Бесфамильнов в пижаме – только здесь и сейчас, такой возможности я не могу упустить. Или: «Сегодня же четверг, как же я могу не прийти?» Хотя сама понятия не имела, чем так примечателен сегодняшний четверг. И он хорошо понимал и принимал такой юмор.

О болезни мы старались говорить как можно меньше, потому что и без того каждый позвонивший спрашивал о самочувствии, которое было, мягко говоря, «не очень».  Я видела, с какой неохотой он говорил об этом «не очень».  Поэтому мы и болтали обо всем на свете, разговаривая о жизни, смеялись, рассказывали анекдоты, ведь без них Бесфамильнов – не Бесфамильнов! Под настроение он вдруг внезапно выдавал что-то вроде:

- Оксана, слушайте частушку:

А я к миленькой поеду, заиграю в гармозу,

Оторвите руки-ноги – я на попе доползу!

Ну как тут было не хохотать?!

В один из моих визитов в больницу, когда пришло время уходить, попрощавшись, я уже на пороге повернулась и пошутила:

- Следовало бы вас забрать с собой…  Нет… Не получится… Даже не просите, не начинайте. Ну не могу я вас взять с собой! Меня на выходе, на КПП, с кроватью не пропустят!

Тогда он так серьёзно  мне отвечает:

- А зачем с кроватью? У меня же дома есть кровать…

- Да я Вас на кровати повезла бы, чтоб легче было!   (Больничные кровати-то, как правило,  на колесах).

Вспомнился еще один случай. Я сообщила по телефону, что принесу чудесную запись, чтобы он обязательно послушал. Она у меня в телефоне, нужны только наушники. Владимир Владимирович, будучи не знаком с моделью моего телефона, разумеется, не знал, где разъём. И как-то растерянно спросил:

- А куда же я их воткну?

Тут растерялась и я:

- Как это куда… в уши конечно же!

Хохотали оба до упаду! А он будто торопился насмеятся вдоволь, еще и еще насладиться жизнью…

Кроме известной всем любви к коротким анекдотам,  порой грубоватым, как сама жизнь, порой очень тонким и ироничным, Бесфамильнов ценил игру слов.

Я ведь хулиган… Меня выгоняли из школы за словопреобразование, я часто перекручивал слова так, чтобы получался хулиганский смысл, за что мне и влетало все время!

Видя и чувствуя, как нехорошо было с его здоровьем, я старалась найти что-нибудь такое, что могло бы заставить улыбнуться, ободрить. Никогда еще игра слов не приобретала такой несмешной и жестокий смысл, как в ответе на мое письмо, особенно сейчас, после его ухода из жизни.

Вот один из многочисленных эпизодов, датированный 29 марта 2017 года, нашей электронной переписки:

Павловская - Бесфамильнову:

Сегодня праздник у соседей,

в глазах у грузчиков печаль…

Мы продаем невыносимый

наш надоевший всем рояль…

Бесфамильнов - Павловской:

Невыносимыми во всех смыслах - и для грузчиков, и для соседей, и для хозяев бывают не только рояли. Был у меня по инструментовке педагог, композитор, а позже коллега, Антон Муха. Так вот он всем желал быть  невыносимыми…

***

За несколько дней до смерти Владимир Владимирович поделился со мной: “Какой-то странный сон мне приснился… Я играл на сцене Чайковского… звучало так, как стучит мое сердце… К чему бы это…”

Этот печальный для воспоминания эпизод записан мной 8 мая 2017 года после очередной нашей встречи в больничной палате.  В преддверии дня Победы я расспрашивала о том, каким был для него день 9 мая 1945 года. Из нахлынувших воспоминаний юности теперь уже 85-летнему Владимиру Владимировичу вспомнился первый неудачный опыт с алкоголем вскоре после дня Победы. Меня рассмешило, что в первый раз мальчишка почувствовал себя взрослым, напился так, что даже не мог идти… Но, взглянув на моего собеседника, я прочитала в его глазах мучительную cкорбь о том, сколько пришлось пройти и пережить: и печаль о канувшей в Лету юности, которая не вернется никогда, и о том, что хотелось бы еще сделать, и о том, что не свершилось…

P.S.:

Эта встреча оказалась последней. Успев стать дорогим мне человеком и другом, 14 мая 2017 года Владимир Владимирович Бесфамильнов ушел из жизни, но навсегда остался в сердце и памяти у многих из нас!

О. Павловская

***

Прочитав эти наполненные сердечной теплотой воспоминания, захотелось дополнить их “закадровыми моментами” переписки двух близких по духу людей, в которой мне была отведена роль “третьей стороны”, а не редко и роль третейского судьи.

Получив первое письмо от Павловской, Бесфамильнов по заведенной многолетней привычке обмениваться в нашей переписке наиболее яркими и волнующими новостями попросил поделиться мнением об авторе письма и присланной видеозаписи:

Мне интересно узнать твоё мнение по поводу этого, как мне кажется, искреннего письма, основанного на твоей книге. И дочка очень хорошо держит ручки на всех пяти рядах. Обнимаю. В.Б.”

Мой “ответ-привет” последовал с нотками сомнения:

Володюшка, в искренности этого человека не приходится сомневаться. В игре Ани безусловно есть божья искра искренности от матери (яблоко от яблони). Но странное дело, все пьесы (разные по характеру - ТРИ КИТА по Кабалевскому!!!) играются одним звуком и в одном ключе. Это не может не настораживать. Однако поддержать этих “девочек”, обязательно надо. Собственно, ты уже поддержал.

Интересно, возьмут они твои слова так сказать для “внутреннего потребления” или же начнут размахивать письмом, как жупелом?

Конечно, не обошлось и без ноток ревности:

11.06.16  “В последнем письме, на которое ты так и не ответил мне, я, чуток ревнуя и завидуя, напомнил тебе о том, что давно не получал таких огромных писем-полотенец, какое ты написал Павловской Оксане.

А сейчас ты снова переслал мне вашу короткую (словно выстрел!) переписку. И снова на мою реакцию ты ни словом ни полусловом не обмолвился. Вот видишь, какой я завистник ненасытный! Но - ей-ей - продолжаю оставаться при своём мнении на счет того, что Оксана может теперь размахивать, словно жупелом, твоим ответом на её притязания.

Меня несколько смутил её самоуверенный тон, когда она пишет: “У меня в планах - открыть настоящий класс, где дети будут учиться по-настоящему: исполнительству, сольфеджио на инструменте, игре на слух”.  Смутило, прежде всего то, что словно и не было до неё определенных достижений в детской баянной педагогике. Ну, да ладно, поживём, увидим”.

Если б Бесфамильнов не был баянистом, из него мог получиться хороший адвокат. Он умел не только защищаться, но и защищать других, когда они в этом нуждались. Вот яркое тому подтверждение:

13.06.16

(…) “В настоящее время во многих училищах нет набора. А поэтому много калек поступают в консерваторию. И если Оксана рвётся делать что-то хорошее и полезное, то дай-то ей Бог! А там видно будет. Она писала, что на неё и её сегодняшние действия повлияла книга Ю.Г. Ястребова, где ты подробно описал мои занятия с отцом. Так что сам виноват…Очень обнимаю ваше семейство. В.Б.

Итак, с мая 2016 года тень Павловской стала постоянно присутствовать в нашей переписке. Постепенно Павловские, дочь и мать, вошли в круг и моих интересов, получивших отражение в письмах к ВВБеичу:

05.07.16 (…) “Да, чуть не забыл. Провел сегодня второй урок с дочкой Оксаны - Аней Павловской. Не знаю, говорили (писали) они об том или нет.

Обнимаю тебя крепко-крепко двумя ястребиными крылами, прижимая к сердцу!!! Будь здрав и мажорист так, как только ты умеешь мажорить!!!

Я Господа прошу -  его молю я,

Здоровья чтоб  послал тебе. Твой ЮЯ

О том, что всё надо делать во время и своевременно, знал и чувствовал мой незабвенный друг. Казалось бы, книга о пяти поколениях баянной династии Бесфамильновых вобрала в себя если не всё, то многое. Но тем не менее за кадром оставались многие нераскрытые страницы его не простой жизни:

13.09.2016 “Спасибо за всё. Книгу новую допишешь. Другого выхода нет! Много чего хотелось бы тебе рассказать, а вернее поделиться, но ещё не время  А потом может быть и поздно…Обнимаю. В.Б.”

Благо, рядом оказался человек, излучающий тепло, неподдельную искренность и сердечность  - качества, которыми в полной мере обладал сам Бесфамильнов. Исчезнув на какое-то время со страниц нашей переписки, Оксана Павловская всегда была рядом с ним: вначале лишь в интернет переписке, затем по мобильной связи и, наконец, их первая встреча-знакомство на уроках Бесфамильнова в консерватории:

25.01.17 (…) “Я так рада, что на занятии у Вас побывала, будто воздуха свежего вдохнула! Вчера и сегодня с огромным удовольствием занималась, прямо суток мало, не успеваю все, что хочу!

К сожалению, как во всех квартирах, соседи рядом за стенами, вверху и внизу, поэтому я стараюсь после 21:00 не заниматься. И так молодцы они, ни разу не стучали за все время“.

Об этом событии Оксана не преминула поделиться своей радостью и в нашей с ней переписке:

02.02.17 Юрий Григорьевич, доброго времени суток! Наконец-то случилось долгожданное знакомство с Владимиром Владимировичем (как Вы говорите, не прошло и года). Я очень рада и счастлива, что мне выпала такая возможность! В.В. покоряет простотой в общении и внутренней интеллигентностью. И чему я просто безмерно рада - что Владимир Владимирович разрешил мне присутствовать на занятиях со студентами - это просто УРА, умноженное на 100!!! Я изо всех сил стараюсь не так сильно сиять, а то студенты подумают - сумасшедшая… но у меня, кажется, это плохо получается… Безумно интересно, все сразу примеряю на себя - работает!!!

Вам хочу сказать, что портрет Мастера Вашей кисти абсолютно верно передан! Вам огромное спасибо за книгу и такой большой труд!!!

Не будучи дирижером, я, сколько себя помню, исповедовал и исповедую дирижерский принцип, гласящий - как ауфтактнется, так и откликнется:

“Оксаночка, доброе утро! А уж я-то как рад вашему восторгу (восторгам)!!! Умение быть благодарной - это редкое качество. Оно есть или его нет. Оно - от Бога. Научиться, конечно, можно этому качеству, но чувства всегда были и останутся сильнее. Если удастся мне завершить свой Сизифов Труд, то я непременно вставлю (разумеется, с вашего разрешения) в главе “Обратная связь” ваш короткий, словно выстрел, отклик на книгу о династии Бесфамильновых. Ваш ЮГРИГ.

01.02.17

Да, Володюшка! Добрый вечер! Оксана мне уже писала о посещении твоих занятий. Радость её через край!!! Это не может не радовать. Так называемая обратная связь, без которой будь то исполнительское или педагогическое  искусство сохнет, вянет, умирает…

Досылаю (пересылаю!) строчки Доброго сердца по имени Оксана Павловская. Чудный редкий человечек! Вот тому свидетельство. Почитай, поудивляйся в очередной раз этой бесконечной Доброте, Теплоте и искренности”.

Упоминаемые строчки письма Павловской:

10.02.17 “Юрий Григорьевич, здравствуйте! А помните, как Вы мне не раз говорили: “Вот и позванивайте Владимиру Владимировичу, ему это нужно и важно!” А я сейчас думаю, ну что же я раньше не послушалась, так стеснялась ужасно, ведь хотела же очень позвонить! Даже не знаю теперь, кому больше нужно, В.В. или мне, так всегда радуюсь этому общению! Мне кажется, будто мы давно знакомы, и что будто нет этой разницы в возрасте. Все как-то честно, открыто, искренне. По крайней мере, так мне это видится и чувствуется. Так что Вы, Юрий Григорьевич, были правы на все сто!”

С февраля 2017 года мы с ВВБеичем чаще говорили по скайпу. Здоровье его ухудшалось не по дням, а по часам. Можно лишь порадоваться тому, что рядом с ним  был человечек, излучающий теплоту и сердечность, способный выслушать и понять. Не случайно ведь говорят, что одно из определений счастья - это то, когда нас понимают. Именно об этом были мои “напутствующие строчки”, адресованные Оксане в ночной переписке:

Доброй ночи, Оксаночка! Рад тому, что творческий огонёк у вас с Аней не угасает.  Более того, даже разгорается новыми планами. Помните олимпийский принцип: ВАЖНА НЕ ПОБЕДА, ВАЖНО - УЧАСТИЕ. Успехов могу пожелать на предстоящих конкурсных ристалищах.

А ВВБеич просто в восторге от вашей искренности, теплоты, верности

и неизбывной любви к нашему общему делу. Для него это просто бальзам. Так что продолжайте “беспокоить” его тем, чем он восхищается со ссылкой на Вас. ЮГРИГ.

Написав эти строчки, я невольно вспомнил знаменитую фразу Сергея Рахманинова о том, что артист нуждается в трех вещах: ему нужна похвала, похвала и еще раз похвала. А когда похвала обращена еще и в далекое прошлое артиста, то это на языке медиков называется сеансом психотерапии.

Эмоциональные восторги позитива Павловской от прослушанных записей Бесфамильнова наверняка заменяли ему пригоршни пилюль от целого букета навалившихся на него напастей.

20.02.17 “Дорогой Владимир Владимирович, если можно, пришлите “Балет невылупившихся птенцов” - это просто шедевр Мусоргского и Ваш!!! Хочу, чтобы у меня была эта чудная запись! Я обомлела, когда услышала. Звучит даже не баян, а деревянные духовые, флейта, кларнет. Много раз слышала это на фортепиано - вызывало некоторое чувство досады, что исполнитель хочет показать, какими могут быть невылупившиеся птенцы, будто показывают подделку вместо настоящего.

Как только зазвучала Ваша запись - я просто увидела перед глазами картинку, как малыши пляшут! Однозначно в Вашем исполнении мне нравится больше, чем все, что приходилось слышать до этого!!! Маленький шедевр!

А в ответ - то, что называется “от сердца к сердцу”:

20.02.17 “Оксанушка, внимательно переслушайте Н.Я. Чайкина. После сюиты звучат: Лирический вальс, Токката, Скоморошина, которая напоминает нашу клоунскую жизнь. Публику развлекаешь, а у самого душу выворачивает наизнанку…”

Заочные уроки. Цены им нет. Но в лице Оксаны Бесфамильнов находил не только ученицу, но и близкого по духу человека. Наглядное почти ощутимое представление о воспринятой сердцем музыки дают строки очередного письма:

21.02.17 “Владимир Владимирович, Чайкин… Я сейчас закончила слушать, больше двух раз послушать не смогла. Эмоционально очень тяжелы Фуга из Сюиты и Скоморошина, давно я подобного не слушала. Ну что должно было случиться, чтоб такое написать? Невозможно же слушать, больно почти физически. Скоморошина вообще какой-то злой фарс! Господи, это же все через сердце надо было пропустить, чтоб так сыграть… Какой же Вы настоящий!

Соберусь с духом, позже послушаю еще, пусть только пройдет время. Так, долой инфаркты! Срочно “заслушиваю” чем-то светлым!”

Упаднические нотки ВВБеича все чаще стали проскальзывать и в беседах по скайпу, и в коротких двухстрочных письмах, например:“Хорошо, что кому-то ещё что-то надо, кто-то может оценить твой адский труд. Спасибо Богу, что он ещё сохранил таких людей, как Оксанушка. В.Б.”

И мой ответ другу был столь же лаконичным:

Эта юная душа (в сравнении с нашим возрастом!) поселила в тебе столько тепла, доброты и отзывчивости, что хватит на сотню другую слушателей и почитателей твоего мастерства, твоего наследия. Я могу только порадоваться с благодарностью Судьбе, пославшей тебе Оксанушку!

Деликатность Бесфамильнова вкупе с его необычайной совестливостью (порой, казалось, на грани фола) не переставали меня удивлять на протяжении нашей с ним полувековой дружбы, переросшей поистине в братские отношения. Собственно, мы оба с ним рождены под знаком гороскопа Девы и удивляться излишней деликатности и  чистоплюйству не приходится.

Ан нет, он в который раз не отказался от своей привычки попросить прощения. Так, не поставив в известность и не посоветовавшись с Павловской, он выслал мне её письма, за что просит у неё прощения: “Я поделился нашей перепиской с Ю.Г. Ястребовым. Простите, что открылся другу своими чувствами к Вам.

А в ответ:

22.02.17 Дорогой Владимир Владимирович, для меня это может означать только одно, что Ю.Г. Ястребов - Ваш очень близкий друг. Только Вы можете решать, чем и с кем Вы делитесь. Хорошо, что у Вас есть такой родной человек, который поймет и поддержит в любой ситуации.

Одно из последних писем Бесфамильнова:

22.02.17 Юрок, возможно я нагружаю тебя своими чувствами к этому ЧЕЛОВЕКУ, но не поделиться не мог. Ты ведь всё знаешь про меня… Обнимаю. В.Б.”

В ответ на это я написать ему:

Ну, зачем ты так, Володюшка? Что значит - НАГРУЖАЕШЬ? А с кем, если не с другом своим, хочется (и можется!) поделиться? Я только и могу, что порадоваться за тебя, за этот лучик тепла и сердечности. Это тем более важно, что я-то (как никто другой) знаю о многих закадровых  моментах твоей жизни, и то до конца не всё. А ты нёс и несёшь в себе, разрывая свое изношенное сердце невысказанным. Но, слава Богу, я умею читать и чувствовать КОНТЕКСТ, т.е. то, что между словами, за ними, на обратной стороне сказанного, написанного etc.”

Пожалуй, это самое важное, что остаётся с нами на ментальном уровне, на подсознании - то, что называют седьмым или десятым чувством. На подсознательном уровне вряд ли нужны слова, сказанные прозой. В таких случаях на помощь приходят поэтические строки:

Пусть невозможно прошлое вернуть
И боль унять лекарством долгих лет,
Друзья уходят – остается путь,
Друзья уходят – остается свет…
Бог не сотрет ни голос, ни строку,
Не пресечет познанье глубины.
Он – океан, а я на берегу
Смотрю в кривое зеркало волны.
Я знаю: скоро предстоит поход,
Чтоб сердце переплавить в новый стих.
Сегодня наступает мой черед
В борьбе со словом душу обрести.
Ни ветра, ни напутствия во след,
Ни той, что из окна махнет рукой…
Но если ты родился на земле,
То грешно не дойти до облаков.
Возможно, что потом, через года,
И про меня промолвит кто-нибудь:
“Пусть он ушел – горит его звезда,
Пусть он ушел – за ним остался путь…”

Юрий Ястребов

Юрий Ястребов

PS:

Когда материал в целом был готов к публикации, от Владимира Зубицкого  пришло радостное сообщение о том, что его знаменитый конкурс “Premio Lanciano” отныне называется “международный конкурс баянистов-аккордеонистов имени Владимира Бесфамильнова”.

Конечно же, в Италию полетели следующие строчки: “Уважаемый Владимир Данилович! Выражаю сердечную благодарность за присвоение имени Владимира Бесфамильнова вашему конкурсному детищу! Земной Вам поклон за моего друга, вашего Учителя и кумира сотен баянистов второй половины прошлого столетия, когда на баянном небосклоне сияла звезда по имени Владимир Бесфамильнов”.

Путь звезды по миру продолжается…

Юрий Ястребов

______________________________________________________________________________

______________________________________________________

Интервью Анастасии Шлимаковой

“ВЛАДИМИР БЕСФАМИЛЬНОВ:

О МУЗЫКЕ, О ВРЕМЕНИ, О СЕБЕ…”

Владимир Владимирович Бесфамильнов ­­­– выдающийся музыкант, исполнитель, педагог, профессор Национальной Музыкальной Академии Украины. Он один из первых советских баянистов, завоевавших звание лауреата на «Кубке мира» в 1958 г., а также представивших отечественную исполнительскую школу за рубежом. Владимир Владимирович удостоен  почетных званий «Заслуженный артист УССР» и «Народный артист УССР».  Он не только блестящий исполнитель, но и талантливый педагог, воспитавший плеяду известных музыкантов исполнителей и композиторов. Ниже предлагаю вам проведенную мною беседу с В. Бесфамильновым.

А.Ш : Расскажите, пожалуйста, о Вашей творческой жизни в настоящее время?

В. Бесфамильнов: С 1991 г. основная работа в НМАУ (Национальная Музыкальная Академия Украины). После обширного (трансмурального) инфаркта продолжать работу в филармонии  на полную нагрузку я уже не мог. Окончательно перестал играть в 1996 году, т.к. случайно перерезал консервной банкой сухожилие на руке. Семь операций не помогли.

Работая в жюри, я всегда оставался самим собой, т.е. ставил столько баллов исполнителю, сколько он заслужил. Своих воспитанников за уши никогда не тянул ради звания лауреата. Что заслужил, то и получай. Все знали, что на сделки с совестью никогда не пойду. Об этом вам лучше расскажут Ю.Г. Ястребов, с которым мы проработали на восьми международных конкурсах «AccoHoliday», а также Севрюков Н.И. Поэтому меня многократно приглашали председателем жюри на многие конкурсы, в т.ч. в Курган, Ржев, Москву, Югославию, Германию, Италию и др.

- Расскажите о вашей работе в качестве члена жюри в различных международных конкурсах? Какие украинские конкурсы за последнее десятилетие Вы можете отметить?

- В Киеве с 2006 г. по 2013 гг. состоялись 8 международных конкурсов «AccoHoliday».    Эти конкурсы организовал выдающийся музыкант (аккордеонист), политический деятель Украины Ян Петрович Табачник. Членами жюри были известные музыканты всего мира. Условия конкурса отличались от всех известных конкурсов. Участникам конкурса предоставлялось бесплатное жильё до 2-го тура. Те, кто прошёл на 2-й тур платить за гостиницу вообще не нужно было. За участие в конкурсе тоже никто не платил. Премии: 1-я - $3000, 2-я - $-2000 и 3-я - $1000. Все расходы по организации конкурса Я.П. Табачник брал на себя. Его близкие друзья-коллеги тоже помогали ему материально. 2 категории: классика и эстрада. На всех 8 конкурсах работал и член жюри Н.И. Севрюков. Он может вам что-то дополнить. Из-за войны, которую нам навязали, конкурсы продолжать стало невозможно. Теперь моя творческая жизнь принадлежит студентам. (Смотрите в приложении результаты моей работы со студентами).

8-9-го апреля этого года (2016г.) я возглавлял уже 9-й конкурс в Днепропетровске, посвящённый моему учителю и другу народному артисту Украины Николаю Ивановичу Ризолю, который родом из этого города. В конкурсе принимали участие дети до 15 лет. Надеюсь, найду требования конкурса и вам вышлю. В этом году было более 400 участников из разных городов Украины.

- Что Вы думаете о современном исполнительском искусстве на баяне – аккордеоне? Как, по-вашему мнению, изменился его уровень за последние 10-20 лет?

- В СНГ достаточно много ярких и талантливых баянистов, аккордеонистов. Но далеко не всем удаётся устроить свою жизнь так, чтобы быть востребованным.

Исполнительский уровень, я думаю, значительно вырос. Если во времена СССР мало кому удавалось выехать за границу на конкурс, то сейчас можно участвовать в любой точке земного шара за свой счёт или спонсора. Требования конкурсов повышаются. А значит и уровень исполнителей. Инструменты (баяны, аккордеоны) также стали более совершены.

В какой ситуации находится современное исполнительство на баяне? Востребовано ли оно?

Во времена СССР были организации (Союзконцерт, Госконцерт, Росконцерт, Укрконцерт и др.), которые планировали гастроли известных исполнителей, в т.ч. и народников по всей стране и за рубежом. Сейчас таковых организаций нет. Каждый исполнитель устраивается как может…

Каково, по Вашему мнению, предназначение исполнителя: точно воплотить замысел автора (т.е. композитора) или внести нечто «своё» в исполняемое произведение?

Чтобы воплотить замысел композитора, нужно быть, с согласия композитора, соавтором. Чтобы в полном смысле слова было единство мысли, души и сердца. А «своё я» никогда и никому не запрещалось вносить в исполняемое произведение. Главное уметь убедить слушателя.

Какие современные композиторы и исполнители Вам импонируют?

- Я благодарен всем композиторам, которые пишут музыку для исполнителей на баяне и аккордеоне. Особенно тем, кто пишет музыку для баяна-аккордеона с оркестром или любым другим составом.

Все исполнители, которые преданы своему инструменту и ищут любые возможности играть, всегда мне импонируют. А те кто чуть лучше или чуть хуже исполняют – об этом судить публике. Им и выбирать себе любимого исполнителя.

Что Вы можете сказать о композиторах и исполнителях белорусской баянной школы?

- Я очень мало знаком с композиторами Белоруссии. Баянная белорусская школа находится на очень высоком уровне. Об этом говорят результаты на разных международных конкурсах.

Что нужно сделать, на Ваш взгляд, для того, чтобы академическое баянное искусство продолжало жить и оставалось востребованным? Как сделать его популярным?

- Для пропаганды баянистов и аккордеонистов нужны высокого класса менеджеры, которые могли бы не только устраивать им гастроли, но ещё и зарабатывать на них. В настоящее время другого пути нет. Иногда могут помогать коллеги. Но они хотят взаимности, т.е. играть концерты у нас.

PS:

Данное интервью состоялось в апреле 2016 года. Хочу отметить, что на мою просьбу взять интервью Владимир Владимирович откликнулся очень доброжелательно и с интересом, чего я не могла ожидать. Я очень благодарна и признательна ему за беседу, из которой почерпнула много нового.

Шлимакова Анастасия

Ваши отклики можете направлять на адрес rmcmar@yandex.ru или воспользуйтесь ФОРМОЙ ОБРАТНОЙ СВЯЗИ

ОТКЛИКИ

НЕВОСПОЛНИМАЯ УТРАТА

Первая встреча нашей семьи с гениальным музыкантом Владимиром Бесфамильновым произошла в далеком 1961 году в Алма-Ате. В программе концерта, кроме известной и понятной народной музыки, я услышал другое звучание баяна, другую музыку. Впервые в моем воображении рисовались картины, рожденные красивыми мелодиями, обрамленными в бриллиантовые узоры вариаций. Именно «бриллиантовые» узоры, потому что вокруг этих узоров было множество солнечных бликов, разноцветных зайчиков. Услышанные тогда мелодии «Радости любви» и «Прекрасного Розмарина» остались навсегда в памяти.

Не нужно лишний раз говорить, но невозможно не отметить высокую культуру, честность, открытость души, порядочность и скромность Владимира Владимировича.

Невозможно не обратить внимание и на уважительное отношение к своим учителям – П.В. Ткачеву (Саратовское музыкальное училище), И.И. Журомскому (Киевское музыкальное училище), Н.И. Ризолю (Киевская консерватория). Огромное влияние на становление Бесфамильнова-исполнителя оказал Иван Яковлевич Паницкий. Но самый первый, а, следовательно, самый главный учитель – отец, Владимир Михайлович Бесфамильнов, участник  трио баянистов, известного в 20 – 30-е годы под псевдонимом «Трио Бах» с братьями Яковом и Николаем. Отец приучал к труду своих сыновей Владимира и Евгения с самого раннего возраста.

Начавшаяся Великая Отечественная война окончательно и навсегда лишила  братьев Володю и Женю Бесфамильновых детства. В 1944 году с дуэтом отца и старшего брата, двух Владимиров Бесфамильновых стал выступать и младший, шестилетний Женя.

Всю войну, от первого до последнего дня, работали Бесфамильновы, выступая перед бойцами, рабочими, вместе со всеми голодая, попадая под бомбежки, терпя лишения и проходя все круги военного ада, высоким искусством излечивая израненные души  соотечественников.

Я не знаю, как и чем объяснить проявление мужества и героизма мальчуганами, которые не сошли с ума, не стали психопатами, не убежали куда-нибудь в Ташкент, подальше от фронта, от войны, постоянной опасности, за каждым углом притаившейся старухи с косой, без разбора косившей всех подряд, а, побеждая каждодневно, ежечасно, ежеминутно себя, свой страх, совершенствовать и пополнять репертуар, оттачивать мастерство, нести и отдавать прекрасное, частички своей души всем страждущим, по-своему приближая великую Победу. Это, я убежден - подвиг, за который нужно присваивать самые высшие награды Родины.

Для того, кто прошел школу музыкального воспитания сценическим трудом, Университет трудового военного детства, пережил то, что кому-то и не снилось, а кто-то и врагу не пожелает, трудно не сорваться, балансируя без страховки над пропастями, встречающимися по дороге жизни, трудно сохранить тонкой душу, оставаться добрым и доброжелательным.

Не менее трудно, пережив голод и нищету, лишения, не стать скупым, алчным, пережив измену и предательство, остаться во всем честным, не утратить способности уважать и любить. Преодоление таких трудностей – тоже подвиг, достойный наивысшей награды – всеобщего уважения. Владимир Владимирович уважаем всеми, кто был с ним знаком: слушателями – за его творчество, знакомыми – за его обаятельность, друзьями – за его надежность, верность, целеустремленность, принципиальность и скромность. Противники  знали, что  В.В. Бесфамильнов обладает невероятной силой духа и непреклонностью. Учителя отмечали его трудолюбие, упорство и несомненный талант.

В нашей семье Владимира Владимировича всегда ждали с нетерпением и встречали с большой радостью. Мой отец  готов был круглыми сутками не переставая задавать вопросы, углублять и расширять темы. Владимиру Владимировичу было интересно искать варианты решений непростых задач, которые предлагал отец. Задачи эти возникали из различных областей – из педагогики, психологии, исполнительской практики, а то и вовсе из жизненных ситуаций. Если за время встречи не определялось верное решение, то тема откладывалась для продолжения в письмах, в телефонных переговорах.

В исполнительском арсенале Владимира Владимировича сочетались классика и современность, готика и рококо, виртуозные обработки и вариации на темы народной музыки – разнообразие форм, стилей, эпох  - все было подвластно Маэстро. Возгласы «Браво!», «Бис!», нескончаемые овации были естественным дополнением к звучанию музыки.

Благодаря или вопреки чему происходило такое всеобщее очарование игрой Музыканта? Почему в зале не было равнодушных? Почему с одинаковым замиранием сердца, с затаенным дыханием слушали его дети и взрослые, музыканты и не музыканты, профессионалы и любители, фанаты и снобы? Ответ, очевидно, не прост. Вероятней всего, для кого-то сцена – место работы, а для кого-то – мастерская творца. Кто-то, выходя на сцену, думает о размере гонорара, а кто-то делится со слушателями своей душой, отдавая им по кусочку, ничуть не сомневаясь в том, что хватит на всех.

Из разговоров во время коротких встреч, многолетней переписки с Владимиром Владимировичем, возникали вопросы и находились на них ответы, выкристаллизовывалась четкая мысль: нельзя быть рабом! Все равно чьим, даже собственного таланта.

«Помоги таланту! Бездарность сама пробьет себе дорогу!». Этот афоризм был одним из основных принципов жизни Владимира Владимировича. Скольким талантам он помог! Сколько имен талантливых музыкантов, педагогов высек он на гранитных скрижалях Истории! Сколькими талантами пополнилась сокровищница искусств! Невозможно подсчитать количество людей, благодарных ему за его творчество.

Трудно найти верные слова, которые смогли бы передать чувства, возникшие от трагического известия о кончине Гения… Вечная ему память…

Сергей Ошлаков (Санкт-Петербург)

*******************************


ЧИТАТЬ ВСЕ ОТКЛИКИ

2210671103032


Комментарии запрещены.